Раб сюжета

Вы разожгите на кострах былого память!
Так, нет, не спичками – годами и веками.
И пусть горит тогда и плавится пергамент!
А я не с вами, господа, давно не с вами.

Вверх поднимаясь над базарною толпою,
Как возвращаясь из пустыни к водопою,
Я говорю не с вами, а с самой судьбою,
О том, что здесь нас двое, – не с самим собою!

И тот второй, который создал всю планету,
Его не видно, пусть, в согласии с сюжетом,
Его лишь чувствуешь, закрыв глаза руками,
Он вечно с нами, господа, Он – наша память.

Он помнит точно всё, что было и что будет.
Любая жизнь пред Ним, как порция на блюде.
Любовь и подлость, откровенность и измена,
А я сегодня возвращаюсь, как из плена,

К словам прекрасным и записанным надолго,
Чьё появленье было смыслом жизни, долгом.
Я в их кострах горю душой, горю и плачу,
Душой свободной – это, правда, много значит.

Вы, разожгите на кострах былого память!
Там вечность ждёт меня, наверное, веками.
И пусть горит тогда и плавится планета,
А я не с вами, господа, я раб сюжета.